ВСЕУКРАИНСКИЙ ТАТАРСКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ ЦЕНТР

В эти выходные на ул. Невской 10А, где уютно расположился дом для соплеменников, прошел Вечер памяти народной любви Салиха Сайдашева.

В конференц-зале собрались люди, которые своими душами соприкоснулись с душой великого татарского Композитора. И хотя до этого памятного вечера у каждого из них было свое знакомство с гением, им было интересно узнать новые факты о жизни и творчестве этого необычного человека, которого в народе называют Сайдаш.

А инициатором проведения этого Вечера памяти стал президент ВТКЦ «Туган тел» Канафия Хуснутдинов, который в своем слове к присутствующим сказал: «Моя первая «встреча» с С.Сайдашевым состоялась в детстве, и мне, конечно, не был известен ореол его национальной славы. Это была встреча с народной музыкой Сайдашева, которая  раньше часто звучала по радио. Помню по вечерам я сидел у приемника, ожидая желанной трансляции. И когда зазвучала музыка «Зәңгәр шәл», я испытал чувство национальной гордости. Ведь каждый звук татарского композитора, который входит в круг мировых гениев, я воспринимал как какое-то колдовство... Впервые побывав на своей исторической родине – Казани -  первым моим театром был Камаловский и, конечно, спектакль с музыкой Сайдашева.

Сегодня мы все окунемся в мир музыкальных произведений С. Сайдашева. А поможет нам в этом ведущий, активист ВТКЦ «Туган тел» Дулкын Завгаров».

И из уст Дулкына абы на татарском языке (даем в переводе. - Прим. ред.) зазвучали записи публикаций известных ученых и музыковедов о татарском композиторе: «Жизнь Сайдашева, как жизнь всякого великого человека, одновременно счастлива и драматична. В ней соединились всенародная любовь, скепсис со стороны отдельных профессионалов в годы великого художественного созидания и сумерки репрессивного времени. Он не был хронологически первым композитором, но стал именно первым Композитором. Он построил тот изящный и крепкий мостик между народной музыкальной традицией и профессиональной, академической музыкой, по которому уже уверенной творческой походкой пошли последующие татарские композиторы. В этом плане в каждом из нас есть та или иная толика личности гения, даже если наша музыка внешне и не вызывает сайдашевских ассоциаций…

Список музыкально оформленных Сайдашевым спектаклей в 1920-е гг. весьма внушителен – это более 30 пьес. Поначалу он больше вводил в музыкальную ткань театральных представлений обработку татарских народных песен, но вскоре стал создавать собственную, полностью оригинальную музыку.

Весьма плодотворным для него оказалось сотрудничество с К.Тинчуриным и его последователем Т.Гиззатом. Поэтому мы и остановимся на театральной музыке Сайдашева, написанной для пьес этих авторов. Это – «Голубая шаль», «На реке Кандр» К.Тинчурина и «Наемщик» Т.Тиззата.

Следует заметить, что эти постановки с музыкой Сайдашева не были случайностью. Произведения К.Тинчурина, как известно, отличали художественность вымысла и образов, данных сквозь призму сатиры и юмора. Все это выражалось колоритным языком, богатыми народными пословицами и поговорками. Более того, сам сюжет, например, мелодрамы «Голубая шаль», впитал в себя татарские народные обычаи, традиции и элементы народного творчества: байты, исторические песни о беглых, сабантуй, свадебные обряды, то есть он был «этнографическим», как тогда было принято говорить. Так на фоне татарской действительности возникали такие типы, как Ишан, беглые, рабочий Булат, бывший крестьянин. Художественность пьесы не могла не обусловить и ее художественное музыкальное оформление. Известно, что, начиная с этой мелодрамы, Сайдашев перешел в театре, одновременно с использованием народных мелодий, к сочинению и своей оригинальной музыки.

Представленная через причитания при приготовлении ее к нежеланной свадьбе («Песня Майсары»), и взволнованный от встречи с родным аулом и возлюбленной шахтер Булат (песня «Друзья мои»). Колоритная картина в лесу, которая заканчивается при всех различиях взглядов и повадок беглых их единением в одном - ненависти к власть имущим, желанием встать над законом. В мелодраме, таким образом, мы видим умелое распределение музыкального материала (как народного, так и оригинального) в раскрытии панорамы народной жизни и показа ее типов. Переплетение в одной пьесе как бы разностильного материала очень органично, так как и оригинальная музыка Сайдашева интонационно близка к народной.

Оценивая мелодраму «Голубая шаль», нельзя говорить о ней однозначно. Это и первое удачное создание композитором своей оригинальной музыки, и некоторое обобщение предыдущего творческого опыта в характеристике людей духовного звания, идущее от пьесы К.Тинчурина «Угасшие звезды», и предвосхищение будущих его произведений, что проявилось в пьесах обобщающего характера: хор беглых в «Голубой шали» адекватен по своему кодовому значению песне монтеров «Огни, что мы зажгли» в пьесе К.Тинчурина «На реке Кандр».

Первый постулат о национальном своеобразии музыки был итогом, по-видимому, не только опыта композитора с использованием в нужной ситуации народных песен в ранних оформлениях им пьес, таких как «Башмачки» Х.Ибрагимова, «Казанское полотенце» К.Тинчурина, «Угасшие звезды» и т.д., но и его художественным убеждением, ибо, по словам Б.Асафьева, «народная музыка - величавый, глубинный, творчески неиссякаемый источник познания национального характера». Это убеждение было выработано еще в отроческие годы в процессе личных контактов с выдающимися представителями татарской интеллигенции, среди которых особая роль принадлежала Г.Тукаю. Авторитет и обаяние Тукая, самозабвенно любившего татарские народные песни, любовное отношение к ним и первого учителя по музыке подростка Салиха Загидуллы Яруллина, и неизбывная красота самих этих песен оставили в душе будущего композитора неизгладимый след на всю жизнь. Поэтому, несмотря на резкую критику его творческой деятельности в период рапмовских установок, в частности со стороны композитора Л.Хамиди, по собственному признанию Сайдашева, в силу убежденности в правильности своих принципов его трудно было увести на другой путь. Он остался верен своему кредо, проявив, как показало будущее, особую прозорливость в вопросе о национальной форме, который имел долгую историю в татарской культуре. В сущности, Сайдашев претворил в жизнь через музыку художественные принципы Г.Тукая, что было подмечено и современниками Сайдашева. Вспомним крылатые слова А.Кутуя: «Сайдашев - это Тукай в музыке».

Что касается второго постулата о типах и их классовой сущности, то здесь Сайдашев. находясь в театральной атмосфере с поиском типического в образах, шел в том же русле. Изображение типов музыкальными средствами было связано у него с подбором адекватного народного материала в ранних пьесах и драмах. Создание образа в сайдашевской музыке было связано как с раскрытием его психологического состояния (Булат из 1-го акта «Голубой шали», Фарида из пьесы «На реке Кандр»), так и с обобщенной характеристикой типических черт образа (Батыржан из «Наемщика», Гуляндам из пьесы «На реке Кандр»), с выражением ведущих идей современности через типичные для них интонации («Огни, что мы зажгли» из пьесы «На реке Кандр»). Относительно «классовой сущности» образа можно сказать, что это была дань соцреализму, постепенно входящему в художественный быт 30-х годов и так пышно расцветшему потом в условиях советской действительности.

Мы видим, таким образом, что Сайдашев в своем творчестве всегда придерживался критерия народности. Этот критерий был воплощен в народно-реалистических образах, созданных талантливыми и очень плодовитыми драматургами К.Тинчуриным и Т.Гиззатом. А что касается формы выражения, то в качестве музыкальных средств для создания образов Сайдашев использовал как народные песни, так и свою оригинальную музыку.

Далее вокальный ансамбль «Шатлык», работающий при ВТКЦ «Туган тел», исполнил ряд музыкальных произведений на музыку С. Сайдашева. Затем несколько песен исполнила солистка ансамбля Фатыма Янгаева, которую все присутствующие в Татарском Доме встретили аплодисментами.